«Подростковое приключение как пространство социального воспитания и стихийной социализации»

21 декабря 2017 года в Департаменте педагогики Институт педагогики и психологии образования ГАОУ ВО «Московский городской педагогический университет» прошел семинар «Подростковое приключение как пространство социального воспитания и стихийной социализации».

Докладчиками на семинаре стали:

  • Ольга Владиславовна Миновская и Татьяна Владимировна Козырева – доценты кафедры психолого-педагогического образования ФГБОУ ВО «Костромской государственный университет», кандидаты педагогических наук.
  • Александр Александрович Турыгин – доцент кафедры истории «Костромской государственный университет» кандидат исторических наук,
  • Алексей Валерьевич Кудряшёв – доцент Департамента педагогики ИППО МГПУ кандидат педагогических наук, доцент.
  • В качестве дискутанта выступила Татьяна Викторовна Крупа – президент ООО «ГлобалЛаб», кандидат психологических наук.

Модераторы семинара: Михаил Владимирович Воропаев – заместитель директора Института педагогики и психологии образования МГПУ, доктор педагогических наук и Борис Викторович Куприянов – профессор Департамента педагогики, доктор педагогических наук.

Участниками семинара стали авторитетные исследователи Л.Г. Логинова и Т.В. Склярова, известные специалисты в сфере детского отдыха А.Е. Илюхин, Л.А. Козлова, Т.В. Кононец, преподаватели департамента, аспиранты и магистранты МГПУ и других вузов, гости.

Резюме по семинару

Первый тезис. В человеческой культуре существует особый сегмент приключения. Приключение – это совокупность рискованных ситуаций, в которые сам человек сознательно включается или в которых оказывается в силу обстоятельств. С точки зрения психологии, стремление пережить приключение или сильные эмоции, обусловлены специфическими потребностями (склонностью к риску, стремлению выйти за пределы повседневности, познавательным инстинктом и т.п.).

В ситуациях, которые происходят с человеком, он становится героем, причем в любом случае главным героем своего нарратива или тем, кто проявил исключительную смелость. Приключения имеют большое число исторических свидетельств, начиная с библейских историй, этнокультурной устной традиции множества народов и заканчивая телерепортажами из разных точек мира о героизме, о чудесных случаях спасения и т.п. Культурный конструкт приключения материализуется во множестве культурных артефактов (мифы, легенды, романы, драматургия, живопись, музыка, кино и т.д.).

Судя по живучести этого жанра в наши дни, современный человек нуждается в переживаниях, хотя бы наблюдая за приключениями других. В то же время культивируются способы формирования ситуаций переживания приключения: сёрфинг, паркур и другие экстремальные виды времяпрепровождения. Относительно реальные переживания создают компьютерные игры, индустрия квестов и других социально-экстремальных видов развлечений.

Второй тезис. Рассказы о приключениях в качестве назидания подрастающему поколению с самой древности — часть практик воспитания (образования). Постепенно стали формироваться отдельные каналы культурного воздействия на детей, в рамках которых транслировались назидательные истории, в том числе о приключениях (детские сказки, детские книги, театр для детей, кино для детей, картинки для детей, детские масс медиа и т.д.). Приключенческие истории, созданные взрослыми для детей, провоцировали детей к риску, к выходу за пределы дозволенного взрослыми. Взрослые закладывали культурное противоречие: дети должны быть послушными, и в то же время должны быть готовы к решительному действию во имя высших резонов, не боясь нарушить правила. Особую роль в формировании представлений о детском (подростковом) приключении сыграли книги Д.Р. Толкиена, К.С. Льюиса, Д. Роулинг. В произведениях этих авторов заданы культурные ориентиры понимания приключения.

Специфическая практика культивирования воспитывающего приключения подростков просматривается в советской печати для детей, в советском кинематографе для детей, однако не меньшее влияние оказывали приключенческие литература и кино.

Третий тезис. Взрослая культура приключения причудливо воспроизводится в детской культуре. В приключенческой культуре детства отражается взрослая культура приключений, прежде всего, в культурных практиках (сюжетно-ролевые игры, манипулирование с игрушками, словесное и визуальное фантазирование). Дети раздвигают форматы приключений и формируют свои субкультурные конструкции приключений, отчасти неодобряемые взрослыми. Приключенческая жизнь детей существует в особом пространстве, неизвестном для взрослых. Субкультура детских, особенно подростковых приключений, обрастает собственными артефактами – фольклором. Сегодняшние информационные возможности (возможности социальных сетей) формируют приключенческий мир подростков, создающий реальные риски для жизни и здоровья юных граждан.

Четвертый тезис. Приключения подростков пугают взрослых, которые хотели бы максимально снизить риски, разработать и реализовать практики контролируемых приключений. С другой стороны, взрослые используют потенциал приключения в образовании детей. Именно поэтому социально-педагогическая феноменология приключения стала объектом научного изучения и практического проектирования.

При этом, образовательные практики, включающие в себя приключения, возникали значительно раньше, чем были осмыслены в этом терминологическом статусе. Яркими примерами детского приключения, аналогичного военному приключению, стала линия бойскаутинга (ролевой игры в разведчиков) Б. Пауэл. Затем было множество оригинальных приключенческих образовательных практик отечественных и зарубежных.

Новой вехой в социально-педагогическом позиционировании приключения стали работы Курта Хана (1886-1974) – автора терминологически оформленной практики детских приключений («Erlebnispädagogik»).

В России особенно интенсивно развиваются культурные практики подростковых приключений во внешкольной сфере, в области летнего отдыха и оздоровления детей. В последние десятилетия в отечественном институте детского отдыха интенсивно тиражируются культурные практики приключения и дискурсы приключения. Дискурс приключения становится особым способом понимания практик общения с ребенком, особым дискурсом интерпретации подростковости, когда подростковое – значит приключенческое.

Пятый тезис. В настоящее время в педагогическом понимании подросткового приключения актуальными представляются следующие вопросы. Прежде всего, востребована разработка социально-педагогической концепции приключения, исследование и интерпретация культурных практик, относимых к приключению, интерпретация отечественного и зарубежного опыта воспитания и обучения в контексте педагогики приключений, легитимизация педагогических технологий организации подростковых приключений.

Б.В. Куприянов,
доктор наук,

профессор департамента педагогики ИППО МГПУ

Добавить комментарий

Войти с помощью: